onthegreekriots (onthegreekriots) wrote in anarchia_ru,
onthegreekriots
onthegreekriots
anarchia_ru

анархи грабанули банк

Гиоргос Вутсис-Вогиатсис был арестован после ограбления банка в Афинах, в октябре 2007.

Теперь, когда они все заткнулись, поговорим о наших альтернативах

"...Многие из нас, избравших этот путь, погибли или попали в тюрьму; другие ранены и выбыли из строя; некоторые позволили себе соскользнуть на задний план – им просто не хватило мужества; но я верю: вместе все мы никогда не дрогнем, если только нас не уничтожат подчистую."

Атака на современные институты эксплуатации и репрессий означает в первую очередь отказ от продуктов массового сознания, которые обильно порождает этот мир. Власть больше не держится на привилегированных методах управления (privileged technique of administration), она крепко застряла в сетях элитного меньшинства. Это социальные отношения, которые проникают повсюду. Они находят свое отражение во всех аспектах повседневной жизни. Изменение социального противостояния неизбежно привело к необходимости переработки и извращения (sophistication) старых методов подавления. Этот процесс не был неожиданным и не был простым результатом физического насилия. Социальные эти отношения приняли свою форму за годы, проведенные внутри социальной мясорубки; они изобилуют собственными ключевыми терминами. Интеграция, "нравственность", единообразие, "достойный гражданин". Это метод, которым боссы обрабатывают своих менеджеров и инспекторов, современный класс, призванный заполнить недостаток тех, кто носит имя "синдикалист", или "покорный работник"; класс, который готов сегодня сам надеть на себя наручники. Они породили добровольцев, чтобы создать представление о "Великой Греции". Покорные бесплатные работники, которые назвали свое добровольное рабство "возврат к обществу". Социальные группы, работающие на сохранение существующих репрессий и эксплуатаций, которые сегодня играют роль "шокового амортизатора" (shock absorbers), способствуя глобальной атаке властей.

Организации (то есть НГО), созданные за рамками этой демократии, должны показывать свой гуманистический публичный образ. Основанные на принципах ненасилия и благотворительности, они усердно готовят кладбище завтрашним потерям на полях борьбы с демократией. Они обслуживают современные трудовые лагеря в странах третьего мира. Фабрики бедности, где рабы экономики возводят стеклянные окна западной цивилизации, равно как и согласие сегодняшнего шизо-пролетариата, превратившего солидарность класса в солидарности потребителя.

"Достойные граждане", вооруженные герои греческой демократии, выражают сегодня идеологию "закона и порядка". Они активно принимают участие в волонтерской работе проектов по безопасности (security projects), они информируют полицию о подозрительных личностях и даже сами атакуют правонарушителей. Они получают от полиции свои маленькие награды за подвиги - и ощущают гордость. Требование безопасности (the demand for security) – ни в коем случае не навязанные правила. Это социальный инстинкт. Проникающая повсюду милитаризация необходима для безжалостной защиты собственности. Менты - это не только люди в форме. Мораль этого мира тоже носит униформу и состоит на службе у начальников.
3 октября 2007 года я ограбил банк ETE (Ethniki) на улице Гизи. На пути оттуда, где-то через 1,5 минуты после ограбления, как только я сел на мой велосипед (сказано bicycle, но в оригинале, возможно, имелся в виду мотоцикл – пер.), я заметил прохожего, переходившего улицу Ragkavi (эта улица идет параллельно Гизи) неподалеку от того места, где я был. Прохожий направлялся в мою сторону. После короткого диалога этот прохожий обратился в "героя" и пнул мой байк, так что тот столкнулся с проезжавшим автомобилем. Я упал на тротуар. В этот момент окружающее пространство взорвалось воем сирен...

Мое решение ограбить банк основывается на моем понимании отрицания (negation). Партизанские атаки на врага посредством актов экспроприации наследуют обширной истории отрицания. Необходимо преодолеть разрыв между мыслью и действием. Мятежники, грабители, поджигатели - все это искры, способные раздуть пламя одной и той же войны. Отрицание работы - уже частичное отрицание экономики и ее мира. Наёмный труд - отчужденный процесс, порождающий неравенство, основанное на эксплуатации одних людей другими. Это коммерциализация человеческой природы. Отчужденный труд наделен собственной моралью - моралью послушания. Законность, иерархия, карьера.

Где ты работаешь? Сколько ты получаешь? Во сколько заканчиваешь? Эти вопросы определяют твой социальный статус. Отчужденный труд определяет и досуг, который попадает в зависимость от профессионального статуса, порабощается им (выходные, праздники, свободный вечер). В реальности, отчужденный труд целиком определяет наше существование. Каждодневная болтовня: как работа? когда зарплата? Наше настроение: я смертельно устал, я не в духе, мне рано вставать.

В итоге мы можем наблюдать, как значение времени в большой мере определяется миром работы и нуждами экономики. Само по себе нематериальное, время принимает материальное выражение в виде нашего ежедневного графика. Ограбить этот механизм экономического присвоения – не единственная возможность реализовать отрицание работы. Но даже атаки на экономические цели конструируют радикальные цели организации и борьбы, которые способствуют уничтожению работы.

Я вновь хочу сказать: отрицание работы - уже частичное отрицание экономики и порожденного ей мира. Например: экспроприация предметов потребления (из книжных или супермаркетов) – тоже форма отрицания потребительства, хотя это и нельзя назвать тотальной атакой на экономику. Ограбление банка – один из путей отрицания работы, но это не тотальная атака на капитализм.

Если итог что-нибудь подтверждает, то это не мысль, но выбор, в первую очередь, действия. Мысль следует за решением действовать. Она диалектически соотносится с намерением. Мысль оформляется в намерении, но она не формирует его. Мое решение ограбить банк было не случайной или мстительной попыткой, основанной на том оружии, которое у меня было, нет: это решение – веха на моем пути к тотальному отрицанию этого мира. У этого пути нет определенной финального пункта, но есть множество промежуточных остановок. Их так же много, как и разнообразного оружия, которое всегда есть в арсенале революционера. Так что если есть что-то, что мы должны вернуть, то это персональное сознание (personal consciousness). Иначе говоря, все массовое и коллективное обречено воспроизводить одновременное поражение нашего сознания, которое обратится в новое поражение масс, уже в нашу эпоху.

Война продолжается.

Гиоргос Вутсис-Вогиатсис
Источник: http://www.325collective.com/prisons_vogiatzis-letter.html

От переводчика: необходимо добавить, что переводчик далек от подобных методов борьбы, которые не кажутся ему однозначно эффективными и оправданными как с моральной, так и с практической точки зрения; переводчику представляются неразумными попытки механического перенесения греческих методов борьбы на российскую почву; тем не менее, он считает важным понять мотивы и идеологию борьбы греческих товарищей, осмыслить ее победы и поражения; сам переводчик придерживается скорее взглядов, коротко изложенных неизвестным, но неизменно прекрасным автором в статье "революция повседневной жизни как альтернатива спектаклю";

Первое письмо Гиоргоса и некоторые подробности и нем: http://onthegreekriots.livejournal.com/9413.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments